ГлавнаяРегистрацияВход Hardsoftby
Пт, 28.07.2017, 14:00
Форма входа
Меню сайта

Категории каталога
Внешнее вторжение [8]
Мировой кризис [18]
Мировой картель [8]
Стратегический союзник [11]

Друзья сайта

Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 6

Главная » Статьи » Мировой кризис

Дирижер всемирной милитаризации
Окончание холодной войны не привело к разрешению кризисных ситуаций в мире.Фото Reuters

В преддверье Нового 2008 года российские и зарубежные эксперты рассматривали наиболее вероятные сценарии дальнейшей эволюции военно-политической ситуации в мире и в отдельных его регионах. Оценки специалистов далеко не всегда «стыковались» между собой. Разброс мнений был очень велик. На вопросы о том, что ждет Россию и планету в будущем, в интервью «НВО» ответил заместитель председателя Совета Ассоциации российских дипломатов, заместитель начальника Управления международных связей Совета Федерации Андрей Бакланов.

– Андрей Глебович, в настоящее время наблюдаются тенденции к наращиванию рядом ведущих стран НАТО своих военных потенциалов. Так что же нас может ждать в предстоящие годы – новый виток гонки вооружений или же относительно спокойный период постепенной адаптации, выработки новых «правил поведения» государств и военно-политических объединений?

– Складывается впечатление, что международные отношения сегодня находятся как бы на перепутье. С одной стороны, имеются предпосылки для более сбалансированных и синхронизированных усилий международного сообщества против того, что получило название «новые вызовы и угрозы», в частности борьбы с терроризмом. С другой стороны, налицо постоянные рецидивы силовой политики, активизация во многих регионах мира позиций радикальных элементов, склонных к провоцированию различных авантюр.

В чем-то нынешняя ситуация напоминает обстановку, которая сложилась в начале 1990-х, когда закончилась холодная война и встал вопрос: в каком направлении пойдет мировое развитие? Тогда так же высказывалось немало предположений и прогнозов, в основном оптимистического характера.

– В апреле 1992 года в «Независимой газете» был опубликован ваш прогноз развития ситуации в мире после окончания холодной войны. Последующее развитие событий полностью подтвердило ваши предположения. В частности, вы утверждали, что во второй половине 1990-х годов начнется новый раунд гонки вооружений, произойдет резкое увеличение военных ассигнований США, других ведущих военных держав мира. На чем основывался этот анализ?

– Публикация, о которой вы говорите,– это изложение моего доклада на состоявшейся в январе 1992 года научно-практической конференции МИД РФ «Преображенная Россия в новом мире». Тема моего доклада звучала так: «Закономерности гонки вооружений и прогноз развития событий в военно-политической области на 1990-е годы». Практически все доклады по военной тематике носили, я бы сказал, благостный характер, в них обыгрывался и тезис о новой эпохе отказа от силовых методов решения проблем, преодоления раздела Европы, мира в целом по идеологическому принципу и т.п. Прогнозировался длительный период замирения новой России с Западом и обусловленное этим фактором снижение бремени военных расходов ведущих государств мира.

В моем же прогнозе звучали иные, тревожные мотивы. Я выразил свое личное мнение о том, что падение СССР, роспуск Варшавского договора, снятие остроты противостояния между ведущими военными державами мира не приведет к разрешению конфликтных и кризисных ситуаций в различных районах мира. Достижение многосторонних договоренностей по обычным вооружениям в Европе также не рассматривалось как фактор, способный оказать существенное воздействие на стабилизацию обстановки на глобальном уровне. И, что самое главное, все это не могло каким-то качественным образом повлиять на решимость ведущих стран Запада и далее планомерно и настойчиво работать над совершенствованием оружия и боевой техники. Такое положение вещей неминуемо создавало предпосылки для новых раундов гонки вооружений.

– Какие главные факторы определяют и ограничивают гонку вооружений?

– Целью предложенного анализа ситуации являлось выявление устойчивых тенденций в развитии вооружений. В нем отмечалось, что военно-политическая ситуация и в мире, и в каждом из регионов во многом обусловлена уровнем оснащенности армий и флотов отдельных стран и коалиций государств, а также направленностью и параметрами совершенствования оружия. Процесс гонки вооружений фактически предопределен естественным ходом развития науки и техники. На базе новых научных и технических знаний осуществляются технологические разработки, последующее создание на их основе более совершенных образцов вооружений.

Другим определяющим моментом является естественное старение вооружений и их отставание от уровня новых боевых задач, которые ставят перед собой армии наиболее развитых стран. Не менее важный фактор – стремление военно-политического руководства различных государств получить качественное превосходство над потенциальным противником или, как минимум, предотвратить нежелательное изменение баланса сил.

Итак, в основе гонки вооружений лежит стремление лидеров стран к усилению мощи своих ВС за счет модернизации, замены устаревших физически и морально видов оружия на новые. Вместе с тем внедрению в производство подлежат, как правило, те виды вооружений, которые способны гарантировать придание вооруженным силам нового качества — более высокого или сопоставимого с уровнем вооружений потенциального противника. Такое вооружение можно произвести только на основе эффективных научно-технических и технологических разработок. Однако достаточно крупные открытия в научно-технической области не делаются «по приказам». Как правило, необходим более или менее длительный период вызревания новых технологий. В этом феномене – один из своеобразных регуляторов гонки вооружений, придающий определенную цикличность этому процессу.

Другим, не менее важным регулятором являются ограничения финансового характера. Для перевода «идей в металл», то есть для перехода от исследований, экспериментов и испытаний к широкомасштабному производству государство должно обладать соответствующими финансовыми возможностями. Экономика даже таких мощных стран, как США, не может выдерживать форсированный рост вооружений, после 6–8 лет работы в таком режиме требуется передышка, период стабилизации или даже снижения уровня военных расходов.

Раскрутка последнего по времени витка гонки вооружений началась в 1998 году. В 2005 году военные расходы США в постоянных ценах увеличились по сравнению с уровнем 1998 года на 55%. В основном ассигнования пошли на войну с терроризмом и на финансирование военных кампаний в Ираке и в Афганистане.

– Что может дать экстраполирование указанных выше закономерностей для оценки тенденций развития вооружений в предстоящие годы?

– Полагаю, что в ближайшие год-два в США завершится период форсированного увеличения объемов финансовых средств, выделяемых на нужды силовых ведомств, произойдет стабилизация достигнутого – весьма впечатляющего – уровня военных ассигнований. С учетом того, что доля США в мировых военных расходах в настоящее время достигла 48%, можно предвидеть, что тенденция стабилизации военных расходов повлияет и на соответствующие общемировые показатели, на подходы многих других стран к определению оптимального в нынешних условиях уровня затрат на оборону.

Хотелось бы особо подчеркнуть: период стабилизации уровня военных расходов отнюдь не означает, что различные государства пересмотрели свои принципиальные подходы в военной сфере и отказались от гонки вооружений. Нет, стабилизация военных расходов, как доказывает опыт прошлого, – это лишь иная, потенциально не менее опасная фаза гонки вооружений, когда на передний план выдвигается не столько выпуск и тиражирование уже созданных видов оружия, сколько поиск новых, достаточно перспективных военных технологий для их последующего запуска в производство. В этом контексте следует отметить, что модернизация вооружений происходит в двух плоскостях.

Во-первых, идет разработка принципиально новых видов вооружений, способных придать совершенно иной характер военным действиям. В ХХ столетии имели место всего лишь два такого рода военно-технических и военно-технологических прорыва. В начале века произошло широкое внедрение высокоэффективных двигателей различного типа, благодаря которым возникла авиация, танковые и механизированные войска (атрибуты так называемой «войны моторов»), а также подводный флот. Во второй половине ХХ века ведущие военные державы мира оснастили свои армии ракетно-ядерным оружием.

Другим направлением развития вооружений является «обычная» модернизация – совершенствование, повышение качественных характеристик ранее разработанных, уже освоенных типов вооружений.

В настоящее время главной задачей военных специалистов является нахождение перспективных вариантов «оружия будущего».

– Так какими же вам видятся новые формы гонки вооружений?

– Полагаю, что условно можно выделить три основных направления совершенствования вооружений: усиление поражающего фактора; точность и избирательность нанесения ударов; создание видов оружия, способных эффективно действовать в новых оперативных пространствах, например в космосе, в арктических районах и т.д.

Первым из этих направлений является традиционное стремление военных к получению все более мощных видов оружия наступательного характера. Но эта тенденция уже давно зашла в тупик. Цель – наращивание ударной силы вооружений пришло в противоречие с объективными ограничениями, обусловленными размерами отдельных стран и нашей планеты в целом. Уже в 1960-е годы мощь наступательных вооружений стала в известном смысле «избыточной», что, собственно, и нашло свое отражение в развертывании разоруженческого переговорного процесса между США и СССР.

Второе направление – обеспечение высокой точности поражения целей переживает сейчас период расцвета. Именно высокоточное оружие стало главной технологической изюминкой гонки вооружений на протяжении последних двух с половиной десятилетий. Однако и оно близится к своему логическому завершению, как и первое направление.

В ближайшие годы на новый уровень выйдет соперничество государств в сфере овладения новыми пространствами, т.е. за выход на новые территории, имеющие в перспективе большое экономическое значение. Именно эти пространства в будущем в силу определенных причин могут превратиться в театры боевых действий. Само по себе это направление не является чем-то принципиально новым. Борьба за проникновение и – в перспективе – овладение северными высокими широтами, по существу, началась более ста лет назад, за пространства Антарктиды – с середины 1950-х годов. Проблема милитаризации космоса встала на повестку дня развитых государств на рубеже 1960-х годов. Не прекращалось соперничество за контроль над морскими пространствами, континентальным шельфом и т.п. Причем с 1980-х годов в контексте этого противоборства началось подключение механизмов международно-правового характера, Комиссии по морскому дну и ряда других органов.

Вместе с тем сегодня появляется качественно новый элемент в развитии ситуации, обусловленный тем, что мы приближаемся к тому времени, когда развитие технологий позволит реально заниматься широкомасштабным освоением этих пространств. Если не удастся завершить работу по определению и закреплению, в том числе по линии ООН, общих для всех государств международно-правовых правил экономического использования новых пространств, – а это главное, магистральное направление нашей политики по этому вопросу, – то после 2013–2015 годов можно ожидать уже полномасштабного развертывания жесткой борьбы на этих направлениях. Уже в настоящее время закладываются некоторые технологические, технические, финансовые и правовые основы для завоевания плацдармов в таком противостоянии. В данном контексте хотелось бы отметить, что усилия наших специалистов, в том числе полярников, предпринимаемые в последние два-три года, заслуживают самого высокой оценки и свидетельствуют о нашем умении, когда необходимо, мыслить масштабно и широко, не упуская перспективы.

– Как вы оцениваете перспективы развития новых видов вооружений?

– В настоящее время много пишут о планах модернизации вооружений в крупнейших странах мира. Однако, как представляется, все это в основном достаточно «рутинные», плановые изменения качественных характеристик вооружений. По-настоящему прорывных технологий, способных уже в близком будущем серьезно повлиять на характер военных действий, пока не видно.

В немалой степени это связано с тем, что руководство ведущей военной державы мира – США – президент Джордж Буш-младший и его ближайшее окружение на протяжении целого ряда лет вели дело к тому, чтобы гигантские по своим размерам финансовые потоки, выделяемые на нужды обороны в период очередного всплеска военных расходов (2000–2007 годы), направлялись не столько на разработку перспективных технологий будущего, сколько на крупномасштабные военные кампании в Афганистане и в Ираке. Конечно, в ходе этих кампаний решались и вопросы отработки в реальных боевых условиях некоторых видов новых вооружений, однако эта задача носила вторичный по своему значению характер. Ситуация требовала концентрации основных усилий на достижении коалиционными войсками конкретных оперативных целей. Поэтому в известном смысле мы должны «испытывать благодарность» (в кавычках, естественно) Белому дому за то, что он своим видением приоритетов в военной области и практической деятельностью создал условия для определенной передышки в гонке вооружений.

Следует отметить, что нечто подобное уже было в прошлом. Так, в 1960-е годы львиная доля военных расходов США была потрачена на авантюру во Вьетнаме. Этот фактор существенно способствовал успешному выполнению Советским Союзом задачи достижения стратегического паритета с США в сфере наиболее продвинутых в тот период наступательных видов ракетно-ядерных вооружений, а также в области средств ПВО.

Сейчас перед Россией открывается, я бы сказал, новое «окно возможностей». Прогнозируемый нами период стабилизации военных расходов (2009–2012 годы) должен быть рационально использован в сфере НИОКР. Несмотря на значительные различия в абсолютных объемах военных бюджетов США и России, мы имеем возможность, опираясь на происходящий сейчас подъем российской экономики и науки, войти в следующий раунд гонки вооружений, который, как я полагаю, может начаться в 2013–2014 годы, с портфелем технологических разработок, которые позволят сохранить на приемлемом уровне стратегический баланс сил. В этом случае мы сможем продолжать уверенно себя чувствовать в мире, где надежную безопасность по-прежнему можно обеспечить только за счет сил сдерживания. Задача сегодняшнего дня – правильно предугадать магистральные, сулящие наибольшие военные дивиденды направления развития вооружений и застолбить за собой приоритет в разработке, а затем и в производстве этих новейших видов вооружений.

– О каких направлениях может пойти речь?

– Могу лишь высказать свою точку зрения и предположить, что главным направлением технологических разработок в ближайшие годы в передовых странах мира станет поиск качественно новых принципов решения задачи «ослепления» противника, «молниеносного» вывода из строя систем управления вооруженными силами на всех уровнях. Новые технологии будут призваны обеспечить воздействие на автоматизированные системы управления, базы данных, средства связи, т.е. на все те технические комплексы, которые являются инструментом непрерывного управления войсками и контроля за складывающейся ситуацией. Такому же удару будут подвергаться и объекты, с помощью которых осуществляется управление гражданским сектором. Фактически речь будет идти об «обезоруживающем» техногенном ударе, «обесценивающем» огромные массивы ВВТ, в том числе и самых современных.

Другим направлением, по-видимому, будет отработка вооружений для борьбы с террористическими элементами и группами. Это перспективное направление, которое будет охватывать значительно большую номенклатуру изделий, чем многие полагают сегодня. Ведь потребуется существенное расширение инфраструктуры защиты разнообразных чувствительных объектов, в том числе энергетических. Предстоит не только приспособить под потребности антитеррористических подразделений различные типы традиционного стрелкового оружия, но и создать новые виды нейтрализации боевиков, усовершенствовать средства визуального наблюдения.

Огромных затрат и усилий потребует решение проблемы укрепления границ. Для ряда стран, в частности государств зоны Персидского залива, необходима полная реконструкция сухопутных границ, которые на сегодняшний день зачастую все еще являются проницаемыми для различных видов «злоумышленников», будь то обычные контрабандисты или поставщики оружия, связанные с террористическими элементами.

В заключение хотелось бы отметить, что прогнозируемое «соревнование» в сфере наиболее перспективных технологий и последующий раунд гонки вооружений будут происходить, как это неоднократно бывало в прошлом, в условиях активного политико-психологического прессинга. В этом отношении нынешние все более назойливые «заходы» некоторые наших зарубежных оппонентов, нападки на «несовершенства» российской демократической системы могут оказаться прологом для развертывания серьезного и, прямо скажем, чреватого многими опасностями противоборства в этой сфере в ближайшие годы. Другими словами, силовое давление и психологическое противостояние будут дополнять друг друга, если, конечно, мировое сообщество не найдет надежных путей профилактики все новых раундов гонки вооружений и снижения уровня международной напряженности.

Категория: Мировой кризис | Добавил: graviator (18.01.2008)
Просмотров: 355 | Комментарии: 3 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
 
Поиск
Copyright MyCorp © 2017